Россию внезапно допустили на Игры‑2026 — и не в усеченном, а в полноценном формате: с флагом, гимном и официальным статусом национальной команды. То, что еще осенью казалось абсолютно нереальным сценарием, сегодня превращается в рабочий план подготовки к Паралимпиаде в Италии.
Еще несколько месяцев назад ситуация выглядела безвыходной. Формально Паралимпийский комитет России был частично восстановлен в правах, но этот статус не давал главного — реального пути отбора на Игры. Международные федерации одна за другой занимали жесткую позицию и не открывали квалификационные возможности для российских спортсменов. В Международном паралимпийском комитете тогда лишь разводили руками: членство возвращено, но механизм участия отсутствует.
Перелом наступил, когда сам Международный паралимпийский комитет сменил подход. В IPC дали понять, что больше не намерены быть лишь пассивными наблюдателями и заложниками решений отдельных федераций. Организация начала корректировать собственные правила допуска, закладывая в них возможность обходить блокирующую позицию международных структур, если она противоречит решениям арбитражных органов и принципам равного доступа спортсменов к соревнованиям.
Ключевым моментом в этой истории стала победа российской стороны в Спортивном арбитражном суде. В декабре министр спорта РФ Михаил Дегтярев сообщил о выигрыше иска против Международной федерации лыжного спорта и сноуборда. CAS признал требования России обоснованными и обязал FIS допустить российских атлетов к соревнованиям: в олимпийских дисциплинах — в нейтральном статусе, а в паралимпийских — под национальным флагом.
После этого у Международного паралимпийского комитета осталось куда меньше аргументов для прежней жесткой линии. Международная федерация лыжного спорта и сноуборда приняла арбитражное решение и опубликовала четкие критерии допуска. По сути, был создан прецедент: если крупнейшая зимняя федерация соглашается с участием россиян, игнорировать это IPC уже не мог.
Важно вспомнить и хронологию. 27 сентября генеральная ассамблея Международного паралимпийского комитета проголосовала за полное восстановление членства Паралимпийского комитета России. С 2023 года ПКР находился в режиме частичного отстранения, что порождало массу ограничений и неопределенности. Однако уже в октябре последовал холодный душ: IPC объявил, что на зимние Паралимпийские игры 2026 года россияне не будут допущены ни в одном виде спорта — из‑за того, что международные федерации не предоставили спортивных возможностей для отбора.
Так возник парадокс: юридически права восстановлены, фактически дорога на Игры закрыта. Спортсмены тренировались, показывали результаты, но не понимали, куда и как можно квалифицироваться. Для паралимпийского движения, где каждый старт часто дается ценой многолетних усилий и борьбы с обстоятельствами, это означало не просто бюрократическую проблему, а удар по мотивации и смыслу работы целых команд.
Ситуация начала меняться после того, как российская сторона стала активно отстаивать свои интересы на правовом уровне и в диалоге с международными структурами. Решение CAS против FIS стало сигналом не только для лыжного и сноубордического сообщества, но и для других федераций: игнорировать правовые механизмы и закрывать двери для целой страны без объективных критериев становится все сложнее.
На этом фоне Международный паралимпийский комитет скорректировал политику допуска. Теперь, если отдельная федерация затягивает с принятием решений или отказывает без должных оснований, IPC готов предложить альтернативные пути отбора — в том числе через специальные квоты, двусторонние приглашения или отдельные регламенты. Именно этим объясняется появившийся новый шанс для российских паралимпийцев.
Глава Паралимпийского комитета России Павел Рожков сообщил, что ПКР намерен подать заявки на двусторонние приглашения до 13 февраля. В первую очередь речь идет о лыжных гонках, горнолыжном спорте и сноуборде — тех видах, где у России традиционно сильные позиции и уже есть актуальные результаты на международном уровне. Рожков подчеркивает: выступления российских паралимпийцев доказывают, что они по‑прежнему конкурентоспособны и входят в число лидеров мирового спорта.
Эта зима стала ярким подтверждением его слов. На этапе Кубка мира по паралимпийским лыжным гонкам в Германии, проходившем с 14 по 18 января, сборная России завоевала восемь медалей: три золотые, три серебряные и две бронзовые. Параллельно на этапе Кубка мира по горнолыжному спорту в Австрии (11–17 января) российские спортсмены взяли еще одну золотую, четыре серебряные и одну бронзовую награду. Такие серии выступлений — весомый аргумент как для IPC, так и для международных федераций, демонстрирующий, что исключение россиян бьет и по уровню конкуренции.
Отдельное внимание сейчас приковано к участию горнолыжников с нарушением зрения. Как отметил Рожков, в начале февраля планируется их старт на соревнованиях под эгидой FIS, идет процесс оформления виз. Эти старты могут стать не только очередной проверкой формы, но и важной ступенью в системе допуска к Играм‑2026, особенно если по итогам сезона будет пересматриваться распределение квот.
Однако даже на фоне позитивных новостей о восстановлении статуса и изменении правил спортсмены и тренеры живут в состоянии неопределенности. Старший тренер паралимпийской сборной России по лыжным гонкам и биатлону Ирина Громова открыто говорит, что команда до сих пор не понимает, сколько человек реально смогут поехать на Игры, какие именно квоты будут доступны и как строить подготовку с учетом логистики.
По словам Громовой, радость от решения IPC перемешана с тревогой: времени до Игр не так много, а ясности по ключевым вопросам почти нет. Нужно планировать места проживания, маршруты перелетов, тренировочные лагеря, составы команд — но пока нет виз, забронированных гостиниц и четкого понимания, какие спортсмены получат право выступить. Итальянские и швейцарские горнолыжные курорты перегружены, свободных мест в отелях мало, а позднее принятие решений усложняет организацию.
Есть и финансовое измерение. Громова отмечает, что последние три учебно‑тренировочных сбора спортсмены проводили фактически на собственные средства. Дополнительной проблемой стало и обеспечение инвентаря: бесфторовые мази, которые сегодня являются стандартом на международных стартах, в России практически не поставляются и стоят огромных денег. Приходится закупать их за рубежом, в том числе в Германии, что еще раз бьет по бюджету команд. Тем не менее тренер подчеркивает: в любом случае сборная будет выступать и бороться за результат, используя те ресурсы, которые есть.
С точки зрения долгосрочной подготовки Игры‑2026 становятся не только целью, но и инструментом перезагрузки всей паралимпийской системы в стране. Возвращение к полноценному участию на крупнейших стартах требует пересмотра календаря соревнований, усиления научно‑методической поддержки, обновления экипировки и техники, а также расширения кадрового резерва. Многие виды спорта, которые в последние годы жили в режиме ожидания, теперь получают ориентир и мотивацию развиваться.
Важно и то, что допуск под российским флагом и с гимном возвращает спортсменам ощущение полноты участия. Нейтральный статус, с которым приходилось мириться олимпийцам, для паралимпийцев всегда был особенно болезненной темой: для атлетов, прошедших через тяжелые травмы и реабилитацию, выступление под национальными символами — часть внутренней победы и признания их пути. Юридическое решение CAS, зафиксировавшее право на флаг в паралимпийских дисциплинах, в этом смысле имеет не только правовой, но и эмоциональный вес.
Отдельный вопрос — как изменится восприятие российских паралимпийцев на международной арене. Уже сейчас участие в Кубках мира показывает, что коллеги по цеху в большинстве своем воспринимают их как равных соперников, а не как политический фактор. Присутствие сильной российской команды повышает уровень конкуренции, а значит, делает соревнования зрелищнее и интереснее для зрителей и спонсоров. Это еще один скрытый, но важный мотив для международных структур не затягивать с решениями.
Справедливости ради стоит отметить: окончательные списки участников еще не утверждены, а каждая заявка будет проходить многоступенчатое согласование. Впереди — распределение квот, возможные дополнительные корректировки регламентов, медицинские и классификационные комиссии. Но главное уже произошло: сам принцип участия российской команды на Играх‑2026 признан легитимным, а путь на Паралимпиаду больше не закрыт наглухо.
Зимние Паралимпийские игры 2026 года пройдут с 6 по 15 марта в Италии. Для российских паралимпийцев это не просто очередной турнир, а шанс вернуться на глобальную арену после длительного периода ограничений. За несколько месяцев страна прошла путь от почти полной безнадежности до реальной перспективы выступить в статусе полноправного участника, с флагом, гимном и командой, которая уже доказала свою конкурентоспособность.
Теперь многое зависит от того, насколько быстро и скоординированно будут действовать национальные и международные структуры. Но сам факт, что Россия возвращается в паралимпийскую семью не символически, а практически, становится важнейшим сигналом для всего движения. Для спортсменов это означает одно: снова есть цель, ради которой стоит продолжать ежедневный тяжелый труд — и снова есть шанс услышать гимн своей страны на самом большом зимнем паралимпийском подиуме.